Йожка
Мы сделали шаг на пути к результату.
изображение

Виктория Швейцер написала не просто биографию Марины Цветоевой, но и снабдила каждый из "поворотов" судьбы поэта стихами, возникшими из-за новых изменений, которых было за почти полвека намного больше, чем должно быть.
Я преследовала одну цель, когда начинала читать эту книгу - узнать больше о Марине Цветаевой, чем смогла узнать за тот урок, который был ей уделен в школьной программе. Сподвиг меня на это решение фильм "Зеркала" 2013 года.
Повествование не идет ровно по историческим хроникам. А, словно распечатка кардиограммы, выхватывает то один важный кусок, то другой.
Цветаева предстает как неуживчивый, трудный в повседневном общении гениальный человек. Кажется, действительно гениальные люди и не могут быть легкими и приятными? Марина Ивановна, которую показывает В.Швецер, не обладает теми качествами, которые надо и хочется видеть в близких, любимых людях. Но, если честно, никто из моих близких не проживал такую жизнь, которая выпала многим представителям того поколения. И никто из них не смог бы написать такие чеканные строки, которые вылетали из-под рук Цветаевой.
Автор проводит за руку через жизнь знаменитой поэтессы. Иногда показывает что-то не до конца, а иногда мчится вперед, опуская по полжизни, которые не имеют отношения к данной главе. За этот счет не всегда удобным кажется само построение содержания, но можно ли сделать лучше? Я не знаю.
Книга примерно по хронологии поделена на большие главы(хотя то, что начиналось во времена революции, могло заканчиваться лет через 20, а написано все тут же), каждая из которых содержит меньшие части-события, происходившие в то время. Что-то мне было просто и интересно читать, от другого засыпала. Так глава "Ревлюция" содержит пять блоков, а самый интересный для меня "Смерть Ирочки". Мне вообще было любопытнее читать про семью и семейные отношения и бытовые подробности.
Интересно было читать переписку и дневниковые записи. Как обычно, возникало чувство чего-то слегка неправильного - личная информация, но запретный плод и так далее.
Швейцер любит Марину Цветаеву, кажется, иногда ей прощает что-то, смегчает углы. Писать надо о том, что нравится, только тогда выходит толк. Швейцер, может, что-то и утаивает - мне не хватает информации, но, в то же время, она довольно откровенно рассказывает об увлечениях Марины Ивановны, оказавших сильное воздействие на нее и,соответственно, ее прозу.
Я довольна, что начала свое знакомство с биографией - а во многом и творчеством - Цветаевой с этой книгой.

@темы: "книжное"